С точки зрения права и экономического содержания сделки, все — и украинские, и международные эксперты — говорили о том, что Украина проиграет в Высоком суде Лондона, где рассматривался иск России по евробондам на 3 миллиарда долларов. Что, собственно, и случилось. Ошибочной являлась аргументация украинского правительства в суде, которое по этому спору попыталось выдвинуть на первый план политические факторы: агрессию России против Украины, аннексию Крыма, заявления о том, что этот кредит России был взяткой Януковичу за то, чтобы Украина отказалась от подписания Соглашения об ассоциации и зоне свободной торговле с ЕС. Все эти наивные аргументы предоставлялись украинской стороной в надежде на то, что Высокий суд Лондона будет руководствоваться политическими симпатиями, а не действующим законодательством. Такая линия ведения спора изначально была ошибочной. Суд, как и ожидалось, отмел все эмоциональные и политические доводы украинской стороны, не имеющие юридического отношения к предмету спора. Стоит также вспомнить, что, когда в конце 2015 года МВФ рассматривал данный вопрос, он признал, что долг Украины является межгосударственным и Украина обязана его вернуть. Тогда Украина настаивала на том, что это коммерческий долг, и он подлежит принудительной реструктуризации (которая была проведена в декабре 2015 года) на тех же условиях, что и для остальных коммерческих кредиторов. Кристин Лагард провела переговоры с Россией, лично с Путиным. И МВФ добился уступок от России по выплате этого долга. Тогда Россия, под давлением МВФ, предложила Украине рассрочку по выплате этого долга на три года — до 2018 года. При этом в 2015 году ничего не нужно было платить, давался год освобождения от платежей.
Украинская сторона на это не согласилась, начала оспаривать правомерность соглашения и стала искать возможности вообще не возвращать долг. Я думаю, что именно тогда была допущена большая ошибка. Нужно было в декабре 2015 года соглашаться на рассрочку, и тогда окончательная сумма была бы меньше, чем будет сейчас, после решения суда. Потому что, проиграв суды, Украина должна будет заплатить проценты за последнее полугодие пользования кредитом в 2015 году, проценты за период, который шел после окончания соглашения. Не исключено, что будут штрафные проценты, пени и т.д. Украина, в конце концов, еще и заплатит большие судебные издержки… Если говорить о чисто юридической стороне дела, то основанием для покупки украинских евробондов Россией было межправительственное соглашение, подписанное министрами финансов двух стран. Соглашение подписывалось публично и открыто 17 декабря 2013 года, в присутствии президентов и премьер-министров Украины и России, на заседании украинско-российской межправительственной комиссии. Как известно, после этого деньги поступили в украинский бюджет и были израсходованы. Украина полтора года признавала эту сделку, платила проценты по этому кредиту, а потом начала спор. Поэтому — суд проигран.
Хотя номинально он проигран еще не окончательно, потому что решение суда пока сводится к тому, что удовлетворена просьба России об ускоренной процедуре рассмотрения дела. Но при этом одобрение такой ускоренной процедуры означает, как и заявил суд, что Украина не предоставила серьезных аргументов, чтобы их рассматривать в суде по полной процедуре. В этой связи, можно с полной уверенностью предполагать, что, когда судом будет вынесено окончательное решение, оно будет не в пользу Украины. Украина уже заявила, что воспользуется правом на апелляцию, с помощью которой будет выиграно какое-то время — месяц, два, три… Но сложно рассчитывать на то, что решение будет в пользу Украины. И не выполнить его Украина не сможет. Поскольку, если Украина откажется выполнять решение Высокого суда Лондона, это будет мощнейшим негативным сигналом всем западным инвесторам и кредиторам. После этого Украина не сможет выходить на рынки капитала — ни частного, ни государственного. Я предполагаю, что после этого также окончательно может прекратиться наше сотрудничество с МВФ по действующей программе кредитования. А суду придется принять решение о принудительном взыскании долга с Украины. Таким образом, очевидно, что платить Украине придется. И все равно Киеву необходимо будет вести переговоры с российской стороной о рассрочке выплаты кредита.
Виктор Суслов, Заслуженный экономист Украины, экс-министр экономики Украины