Кабинет психиатра. За столом сидит старенький доктор с чеховской бородкой. Стук в дверь, после которого в кабинет входит дюжий санитар, сильно смахивающий на известного русского боксёра.
— Там, это самое, хромую утку привезли.
— Какую утку, голубчик? Утки не наш профиль, у нас психиатрическая клиника, а не ветеринарная лечебница.
— Дык, это самое, оне говорят, что он хромая утка. А на вид вроде как мужик, токо чёрный, типа негра.
— И откуда такое чудо?
— Дык, это самое, из дома.
— Из какого дома, — доктор тяжело вздыхает, — говорите яснее, голубчик.
— Дык известно из какого, из Белого.
— Ах, хромая утка из Белого дома, ну понятно. И что?
— Дык, оне говорят, что он, это самое, из окна выпрыгнул.
— Из окна, голубчик, тоже не наш профиль, это или к травматологам, если жив остался, или к патологоанатомам, если получил травмы несовместимые с жизнью.
— Да не, живой он, токо сильно буйный, пришлось спеленать. Оне говорят, что с первого этажа выпрыгнул, весь огород потоптал.
— Какой ещё огород, голубчик?
— Дык, это самое, евонной бабы огород напрочь порушил, и мак вытоптал, и коноплю, а потом бегал кругами и орал что-то про рашен хакер. Оне говорят, что у мужика горячка, токо я не понял какая: то ли белая, то ли чёрная.
— Н-да, тогда это наш профиль. — Доктор отодвигает в сторону бумаги и ноутбук, и кивает санитару. — Ну что ж, заводите пациента.
Санитар уходит и через минуту вводит в кабинет пациента в смирительной рубашке. Усаживает его на стул и замирает в настороженной позе.
— Здравствуйте, голубчик! — вежливо обращается доктор к пациенту.
— Хау ду ю ду, я на третий срок пойду!
— Пойдёте, пойдёте, и на третий, и на четвёртый пойдёте, только не волнуйтесь, — ласково увещевает доктор. — Вас как звать-величать, голубчик?
— Стульчики, стульчики, потус, потус, потус-стульчики, потус-стульчики! — захлёбывается пациент в крике.
— Какие стульчики, какие потусы? — доктор в недоумении хмурит брови, глядя на санитара.
— Дык известно какие, — санитар хмыкает и продолжает, — оне говорят, что намедни болезному в подарок русское лото прислали. С подробной инструкцией. Ну, значить, этот хромой утк инструкцию почитал, клешню в мешок сунул и на свою беду бочонок с двумя четвёрками вытащил. Ну и того, с катушек совсем съехал.
— Спасибо, голубчик, теперь всё понятно, — доктор благодарно кивает санитару и вновь обращается к пациенту:
— Ну-с, милейший, что вас беспокоит?
— В клочья, в клочья! Бензоколонка региональная! В клочья, в клочья! Военная супердержава! В клочья, в клочья! Выслать, всех выслать, в 72 часа! Третий срок! Хакеры, всюду русские хакеры! В кибератаку, в кибератаку! Путин, Путин, — бессвязно бормочет пациент, закатывая на последних словах глаза и обмякая. Под стулом медленно растекается желтоватая лужица.
— Н-да, тяжёлый случай, — сокрушённо говорит доктор. — Острая чёрная лихорадка на фоне ярковыраженной путинофобии и шизокиберфрении, отягощённой антироссоманией и синдромом Форрестола.
— Ну, дык и чо с ним делать, доктор? — брезгливо морщится санитар.
— Как обычно, голубчик, как обычно: в жёлтую палату номер шесть к доктору Песцову. И, да, позовите уборщицу Хикли, пусть подотрёт тут что ли, да и продезинфицирует заодно, а я пока кофейку с коллегами выпью.
